Иногда геополитика доезжает до самых бытовых вещей — прямо в гараж. В МВД предложили ставить на учёт машины, которые числятся в угоне в «недружественных» странах, если оттуда невозможно получить ответ по запросам.

Иногда геополитика доезжает до самых бытовых вещей — прямо в гараж. В МВД предложили ставить на учёт машины, которые числятся в угоне в «недружественных» странах, если оттуда невозможно получить ответ по запросам.

Логика формально ясна: международное взаимодействие буксует, проверки висят в воздухе, авто годами стоят без движения. Владельцы говорят: «Мы купили — дайте ездить». Государство отвечает: «Раз подтвердить нельзя — будем решать сами».

Но есть нюанс. Машина со статусом «угон» — это не просто металл с VIN, а чья-то возможная потеря. Отсутствие ответа — не равно отсутствие проблемы.

Юридически всё можно оформить аккуратно. Морально вопросов будет больше, чем печатей в ПТС. Потому что «не проверяется» — не значит «чисто».

А дальше начинается интересное: санкции, придуманные как барьер, могут неожиданно стать окном возможностей для серых схем.

Главное, чтобы завтра в базе не появился новый статус: «угнана, но с пониманием».