Записка Эпштейна выглядит так, будто финал писал не следователь, а сценарист чёрной комедии

Записка Эпштейна выглядит так, будто финал писал не следователь, а сценарист чёрной комедии

История с Джеффри Эпштейном снова достала из шкафа скелет, который там, кажется, уже давно арендовал отдельную полку.

В сети обсуждают предполагаемую предсмертную записку Эпштейна. Документ рассекретили через суд, а нашёл его, по версии истории, бывший сокамерник Николас Тартаглионе — тот самый человек, который утверждал, что однажды уже спасал Эпштейна после попытки суицида.

И вот тут сюжет становится настолько мутным, что даже Netflix мог бы сказать: «Ребята, перебор, зритель не поверит».

В записке Эпштейн якобы жалуется, что следствие месяцами ничего не нашло, обвинения всплыли спустя годы, а в конце выдаёт фразу в стиле человека, который решил уйти не с признанием, а с пассивной агрессией: мол, чего вы хотите — чтобы я расплакался?

Звучит почти как комментарий под постом, только вместо аватарки — одно из самых громких уголовных дел XXI века.

Самое странное, что похожую фразу он уже использовал раньше в переписке. То есть текст вроде бы похож на его манеру, но сама история всё равно оставляет ощущение, будто кто-то собрал пазл из старых писем, тюремной камеры, бывшего сокамерника и бесконечного вопроса: «А точно всё было именно так?»

И в этом весь Эпштейн-эффект: даже когда появляется бумага, вопросов становится не меньше, а больше. В нормальных делах записка должна что-то объяснять. Здесь она просто добавила ещё одну дверь в коридор, где и так никто не мог найти выход.

Честно, выглядит это не как финальная точка, а как очередная серия в деле, где титры уже шли, но сценарист внезапно вспомнил: «Подождите, у нас ещё записка в книге завалялась».

Когда даже предсмертная записка не закрывает дело, а открывает новую ветку комментариев.