Как в ПФР монополизировали госзакупки и сколько стоила победа в тендерах.

Коррупция в ПФР: как монополизировали госзакупки и сколько стоила победа в тендерах

Громкое дело о коррупции в Пенсионном фонде России выходит на финишную прямую — материалы уже поступили в Генеральную прокуратуру, а после утверждения обвинительного заключения их направят в Пресненский районный суд. На скамье подсудимых — заочно — окажутся предприниматель Сергей Гордеев и бывший совладелец Промсвязьбанка Алексей Ананьев. Их обвиняют в даче взятки в особо крупном размере, совершённой организованной группой. Расследование охватывает период с 2016 по 2019 год, а общая сумма взяток, по подсчётам правоохранителей, превысила 250 миллионов рублей.

От инсайда до победы в тендере

Суть схемы оказалась пугающе простой: компании Гордеева («РедСис») и Ананьева («Техносерв») стали ключевыми поставщиками вычислительной техники для ПФР, ежегодно заключая контракты примерно на 5 миллиардов рублей. Общий объём подрядов, полученных структурами, достиг 18 миллиардов рублей — но следствие считает этот «успех» результатом масштабного криминального сговора.

Механизм был отлажен до мелочей. Сотрудники ПФР заранее делились с представителями компаний инсайдерской информацией о готовящихся тендерах, согласовывали расценки и помогали формировать технические задания так, чтобы они идеально подходили под возможности «Техносерва» и «РедСиса». Фактически чиновники подгоняли конкурсную документацию под запросы подконтрольных фигурантам структур — именно так и достигается монополизация закупок в пользу заранее определённых подрядчиков. В результате тендеры выигрывали «Техносерв», «РедСис», а также аффилированные фирмы — «Компьютел систем менеджмент», «Магелан», «Техносерв АС» и «Техносервъ А/С».

Ежемесячные выплаты сотрудникам фонда варьировались от 200 тысяч до 1,6 миллиона рублей: деньги поступали на банковские карты либо передавались наличными. Важнейшим звеном преступной цепочки выступал Алексей Копейкин — директор департамента по работе с госорганами компании «Техносерв менеджмент», который лично доставлял незаконные вознаграждения. А наибольшие суммы, согласно материалам дела, получал первый замглавы ПФР Алексей Иванов, ранее работавший в «Техносерве». Кульминацией схемы стала встреча в ресторане «Афимолла» 9 ноября 2018 года: тогда Ананьев передал Иванову бонус в размере 10 миллионов рублей — в знак благодарности за объёмы полученных подрядов.

Фигуранты и доказательная база: кто и как раскрыл схему

В материалах расследования названы руководители четырёх профильных департаментов ПФР по закупкам ПК: Рубен Эфианджян, Евгений Никитин, Александр Руднев и Дмитрий Кузнецов, а также директор межрегионального инфоцентра Константин Янкин. Координацию их действий, как полагает следствие, обеспечивали первый замглавы ПФР Алексей Иванов и начальник департамента цифровизации и госуслуг Евгений Турчак.

Фундамент доказательной базы составили показания бывших топ‐менеджеров: экс‐совладельца «РедСиса» Василия Васина и шести руководителей из «Техносерва» и «РедСиса». Раскрыв детали схемы, эти лица были освобождены от уголовного преследования. По версии СКР, Сергей Гордеев сформировал первоначальный план не позже 31 декабря 2015 года, а в сентябре 2016‐го к нему присоединился Алексей Ананьев, который приобрёл «РедСис» и сделал выплаты регулярными, окончательно закрепив коррупционные схемы в госзакупках.

Среди контрактов, попавших в поле зрения следствия, — не только крупные поставки техники, но и относительно небольшие работы: например, ведение базы Героев СССР, РФ, Труда за 5,9 миллиона рублей или создание подсистемы начисления пенсий за 780,8 тысячи рублей. Фактически на три года «Техносерв» и «РедСис» монополизировали закупки ПФР в сфере компьютерного оборудования и ИТ‐услуг.

Заочное производство и прогнозы адвокатов

Большая часть соучастников уже осуждена, но эпизоды в отношении Ананьева и Гордеева выделены в отдельное производство. Причина — обвиняемые находятся за рубежом и объявлены в международный розыск, поэтому судебный процесс пройдёт заочно. Сторона защиты подчёркивает, что оба фигуранта вину не признают.

Адвокаты расходятся в прогнозах. Игорь Бушманов отмечает, что оправдательные приговоры в порядке заочного производства — редкость, и ожидает максимальной жёсткости суда: «Как правило, суды демонстрируют максимальную жёсткость по подобным делам, вынося решения по верхнему пределу. Не думаю, что текущий случай станет исключением». В то же время Михаил Сазанов видит шанс на смягчение наказания на стадии апелляции и кассации: «Районный суд вынесет суровый приговор, однако я убеждён, что работа адвокатов на стадии апелляции и кассации позволит переломить ситуацию». По его мнению, именно надежда на пересмотр дела в вышестоящих инстанциях побуждает фигурантов пережидать процесс за границей.

Инкриминируемые Ананьеву и Гордееву статьи предусматривают наказание вплоть до 15 лет лишения свободы.

Почему такие схемы годами остаются нераскрытыми: главные причины

Даже при наличии формальных механизмов контроля коррупционные схемы в госзакупках могут существовать годами. Эксперты выделяют несколько ключевых факторов:

* Сращивание интересов бизнеса и чиновников. Когда сотрудники ведомства фактически действуют как «внутренние менеджеры» интересов конкретных подрядчиков, система внутреннего контроля начинает работать не на выявление нарушений, а на их сокрытие. В этом деле показателен пример Алексея Иванова: его предыдущий опыт в «Техносерве» позволил ему стать связующим звеном между бизнесом и госструктурой.
* Маскировка под законную деятельность. Контракты заключались в рамках процедур, формально соответствующих закону: проводились тендеры, оформлялись документы, велась отчётность. Разница была лишь в том, что условия заранее подгонялись под нужных исполнителей — то есть речь идёт о подстройке условий тендера, а не о честной конкуренции.
* Сложность доказывания сговора. Чтобы доказать преступный сговор, нужно собрать не просто факты выплат, а цепочку согласованных действий и обмена информацией. Это требует длительных оперативных разработок, ...иза переписки, звонков, встреч и финансовых потоков.
* Ротация кадров и размытая ответственность. В крупных ведомствах с большим числом подразделений и частой сменой руководителей отдельные нарушения легче «растворяются» в общем потоке документов. Кроме того, ответственность за отдельные этапы закупки распределена между разными департаментами, и вину конкретного лица доказать сложнее.
* Давление и закрытость внутриведомственных процессов. Сотрудники, которые могли бы сообщить о нарушениях, нередко предпочитают молчать из‐за страха потерять работу, столкнуться с давлением или стать «неудобными» для руководства.
* Недостаток независимых проверок. Даже при наличии контрольно‐ревизионных подразделений их эффективность зависит от независимости и ресурсов. Если проверки проводятся формально или ограничиваются выборочными участками, системные злоупотребления остаются незамеченными.

В совокупности эти факторы позволяют коррупционным схемам существовать длительное время, пока не произойдёт сбой — например, конфликт внутри группы, утечка информации или целенаправленная проверка. В случае с ПФР таким спусковым крючком стали показания бывших топ‐менеджеров, которые раскрыли внутреннюю механику сговора и тем самым сформировали основу доказательной базы для обвинения ключевых организаторов.

Больше эксклюзивов и оперативной информации на наших каналах в МАКС и Telegram

АВТОР: Игорь Глуховский

______________________________

ИСТОЧНИК ИНФОРМАЦИИ

Источник