Стандарты привлекательности оказываются куда менее «вечными», чем принято думать. Исследования показывают: как только человек ощущает дефицит — еды, денег или даже просто физической энергии — его вкусы могут меняться.

Стандарты привлекательности оказываются куда менее «вечными», чем принято думать. Исследования показывают: как только человек ощущает дефицит — еды, денег или даже просто физической энергии — его вкусы могут меняться.

В одном эксперименте мужчин довели до состояния мышечной усталости, а затем попросили оценить разные типы внешности. После изнурения участники чаще отдавали предпочтение более пышным формам. Похожие выводы получили и в социологических опросах в регионах с низким уровнем дохода: при нехватке ресурсов привлекательнее кажутся признаки «телесной устойчивости».

Антропологи объясняют это просто. В периоды голода полнота ассоциировалась со здоровьем и выживаемостью. А вот культ стройности расцветает в эпоху экономического благополучия, когда вопрос базового пропитания уже не стоит так остро.

Иными словами, эстетика тесно связана с экономикой. Наш мозг, даже в XXI веке, продолжает ориентироваться на древние сигналы безопасности.

Так что стандарты красоты — это не только мода и соцсети, но и отражение того, насколько сыто и спокойно чувствует себя общество.

Выходит, иногда вкус — это не про глянец, а про инстинкт.