Одних монстров на других: почему мы не вырастаем из видеоигр

«Современные игры научились задавать вопросы о морали, потерях, семье, травмах» Елизавета Волкова редактор «Татар-информа»

Средний возраст геймера – 35 лет

Я выросла, закончила университет, устроилась на работу и научилась сама покупать игры. Единственное, чего я так и не сделала, – не перестала играть.

Мне было пять, когда я впервые увидела видеоигру (об этом чуть ниже). С тех пор менялись компьютеры, жанры, графика, и даже я сама. А игры почему-то остались. Сейчас мне 24 года. У меня есть работа, трудовой договор, дедлайны, привычка пить ледяную воду по утрам и двадцать лет геймерского стажа.

Когда взрослые люди не из индустрии слышат словосочетание «видеоигры», их воображение до сих пор услужливо рисует подростка, который заперся в темной комнате, прогуливает уроки и агрессивно долбит по клавишам. Общество упорно считает игры инфантильным развлечением – чем-то вроде песочницы, из которой приличный человек обязан вылезти к моменту получения паспорта.

Спойлер: средний возраст геймера в мире сегодня – 35 лет, а игровая индустрия давно зарабатывает больше Голливуда и профессионального спорта. Но чтобы понять, как так вышло, мне не нужны скучные отчеты ...итиков. Достаточно просто посмотреть на свою жизнь.

Первая любовь в капюшоне

Мой роман с видеоиграми начался у пузатого ЭЛТ-монитора, который издавал характерный треск при включении. И начался он даже не с самой игры, а со случайного видеофайла – трейлера хоррора ObsCure. Там школьники играли в баскетбол, а потом откуда-то из темноты полезли жуткие мутанты. Тогда меня бесповоротно переклинило.

Пока мои братья в магазинах с пиратскими дисками интеллигентно выбирали квесты и головоломки про Астерикса и Обеликса, я целенаправленно тянула ручки к коробкам с надписями Still Life и BloodRayne.

Моей первой большой сюжетной любовью стал Алекс Мерсер – мутант в капюшоне из Prototype. В эту игру я упоенно рубилась на компьютере у бабушки. Пока она думала, что я безобидно раскидываю пасьянс, я крошила вертолеты когтями из биомассы между порциями борща. Даже безобидный The Sims 2 привлекал меня не возможностью построить дом мечты, а своей фирменной криповой атмосферой: инопланетными похищениями, страшными призраками и звуком сирены, когда в дом лезет вор.



Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

От тумана до хардкора

То, что я видела на мониторе, логично перекочевало в подростковый бунт: я носила исключительно черное, фанатела по Silent Hill и рисовала жуткие анатомические скетчи. А потом мрачную меланхолию сменил чистый адреналин – в моей жизни появились соревновательные шутеры и MOBA.

Годы в Dota 2, Valorant и League of Legends стали неожиданно полезным тренингом личностного роста: они научили меня выдержке, командной работе и железному терпению. В свои 24 я давно сменила тяжелый темный стиль на легкий гардероб, но геймерский бэкграунд никуда не делся – просто подростковая агрессия переплавилась в спокойную взрослую уверенность.

Момент, когда ты взрослеешь

Ближе к университету в моих отношениях с играми произошел тектонический сдвиг.

Во-первых, я впервые начала покупать игры за деньги. Когда ты переходишь с пиратских торрент-раздач с вирусами на осознанную покупку лицензии с собственной зарплаты, это ощущается как получение диплома о финансовой зрелости. Ты больше не «воруешь запретный плод», ты платишь людям за их работу.

Во-вторых, я открыла для себя большие, тяжелые сюжетные игры. И внезапно оказалось, что видеоигры выросли ровно так же, как и я.

Они перестали быть просто спинномозговой реакцией на вылетающих врагов. Современные игры научились задавать вопросы о морали, потерях, семье, травмах. Условные The Last of Us, Red Dead Redemption 2 или Disco Elysium по уровню драматургии и эмоционального накала давно работают на территории хорошего кино и серьезной литературы.

Зачем взрослым игры?

Возможно, главная ошибка людей, которые до сих пор воспринимают гейминг как бессмысленное убивание времени, – представление о том, что у игр существует только одна функция: развлечь.

На самом деле, взрослый человек может приходить в игру совершенно за разным.

Иногда – чтобы отдохнуть. В реальной жизни далеко не все зависит от нас: планы рушатся, проекты горят, цены растут, а результат работы может оказаться совершенно непредсказуемым. В игре правила хотя бы понятны. Выполнил задание – получил награду. Научился – стал лучше. Прошел сложный уровень – увидел результат своих усилий.

Иногда игра нужна ради истории. Мы не перестаем читать книги после восемнадцати лет и не говорим: «Ну все, я взрослый, буквы мне больше не нужны». Почему тогда должны исчезать истории, рассказанные через другой медиум?



Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

Машина времени

Сейчас, в свои 24, я могу позволить себе современное железо, любые игровые новинки и фотореалистичные блокбастеры, где у персонажей видны поры на коже, а лучи солнца физически корректно отражаются в лужах. Но в последнее время все сильнее и сильнее меня тянет назад.

Парадокс, но идеальная современная графика иногда просто утомляет. Мне до безумия хочется именно той наивной картинки из детства: нелепых низкополигональных моделек, забавно угловатых пальцев, текстур с мыльным разрешением и теплого лампового освещения. Я с колоссальным удовольствием сдуваю пыль со старого Zoo Tycoon, запускаю BloodRayne или откапываю игры, которые когда-то со скрипом тянул мой пузатый монитор.

И дело вообще не в ностальгической слепоте. В этой пиксельной неидеальности есть удивительный уют и честность. Я возвращаюсь туда за ощущением: за щелчками в олдскульных меню, за механиками, которые когда-то казались верхом хардкора, и за тем состоянием, когда самой страшной жизненной проблемой было не успеть сохраниться до того, как мама позовет ужинать.

В пять лет я оцепенело смотрела в экран и пыталась понять, откуда в школьном спортзале ObsCure взялись монстры. В двадцать четыре я покупаю игры на честно заработанные деньги, прохожу масштабные сточасовые RPG, побеждаю в онлайн-матчах и больше не боюсь монстров – ни на мониторе, ни во взрослой жизни.

Мы не вырастаем из видеоигр, как не вырастают из хороших книг или кино. Просто видеоигры выросли вместе с нами, оставив нам уютную возможность иногда нажимать кнопку «вернуться назад».

Елизавета Волкова – редактор «Татар-информа». В ньюсруме работает с текстами, а за его пределами – танцует high heels, исследует поп-культуру, читает комиксы и проходит видеоигры. Любит ностальгию по нулевым и воспитывает собаку с очень грозным именем.

Автор: Елизавета Волкова

Всё самое важное - на канале «Татар-информ. Главное»

 

Читайте нас:

Дзен - https://dzen.ru/tatar-inform.ru

ВК - https://vk.com/tatarinform

Телеграм - https://t.me/iatatarinform

YouTube - https://www.youtube.com/user/tatarinform/

Источник